Михаил Шматов: «Сотрудники УТР не стыдятся своей компании. Они стыдятся уровня заработных плат»
Светлана Остапа
04.06.2015 14:35
Генеральный директор государственной телекомпании иновещания УТР — о реформировании телеканала в Ukraine Tomorrow и сотрудничестве с Мининформполитики

Михаил Шматов вот уже почти год работает генеральным директором государственной ТРК «Всемирная служба "Украинское телевидение и радиовещание"» - проще говоря, канала иновещания УТР. В скором времени этот телеканал будет реформирован Министерством информполитики в Ukraine Tomorrow. Господин Шматов прогнозирует, что это, скорее всего, произойдет к концу 2015 года, хотя ему как крымчанину хочется, чтобы это было как можно быстрее. О создании мощного канала иновещания на базе существующего УТР, а также телеканала Нацбанка БТБ идут разговоры на протяжении года.

 

Гендиректор УТР напоминает, что украинскому иновещанию уже 12 лет, и ему обидно, когда некоторые политики заявляют, что в Украине нужно создать такой канал, поскольку он уже есть. Раньше УТР работал для диаспоры, сейчас - для зарубежного зрителя в целом. Прежде эфир был заполнен программами производства областных гостелерадиокомпаний, теперь - контентом собственного производства, объемы которого постоянно наращиваются.

 

На сегодня в штатном расписании компании - 300 человек, но работающих - порядка 220-240 человек. Рабочих мест и техники не хватает, собственных корреспондентов за рубежом нет. УТР сегодня - 24 часа вещания без рекламы на английском, русском и украинском на Европу и Северную Америку, Россию. Также канал можно увидеть в кабельных сетях, на сайте. В планах - широкий спутниковый охват стран Азии и Кавказа. «Сделать единый стройный контент для целевой аудитории в таком многоязычии невозможно. Но, если бы у нас была техническая возможность, то правильно было бы делать моноязычные каналы. Тогда бы мы могли очень четко работать на конкретную аудиторию», - признается господин Шматов. Кроме того на канале, возможно, зазвучит еще и крымскотатарская речь.

 

Михаил Шматов считает, что реформированный канал нужно просто наполнить новым смыслом: не бороться с российской пропагандой, а рассказывать объективную официально подтвержденную информацию об Украине. «Мы должны быть каналом пропаганды. Мы должны распространять, пропагандировать информацию об Украине. Другое дело, должна ли это быть лживая пропаганда», - говорит он, добавляя, что лгать канал не будет и расскажет правду о событиях в Украине, какой бы горькой она ни была. В условиях экономного бюджета и устаревшей техники коллектив УТР уже смог увеличить информационное вещание, обновить сайт и снять документальный фильм. Помимо этого - абсолютно поменять музыкальное наполнение: теперь вместо концертов «а-ля Поплавский» в эфире УТР звучат ВВ, «Океан Эльзы», «Бумбокс» и другие.

 

 

- Михаил, Министерство информационной политики заявило, что разработало законопроект об иновещании. Знакомы ли вы с этим проектом? С кем именно с МИП вы тесно сотрудничаете?

- С Мининформполитики мы работаем со всеми. Может быть, реже мы контактируем с министром, а что касается оперативных вещей, то в основном с его первым замом Артемом Биденко, юристами министерства. Про законопроект я знаю. Более того, когда он начинал готовиться, Мининформ, безусловно, обратилось и к УТР, и ко мне лично с просьбой представить свое видение, желания и предложения. А поскольку такие предложения еще в конце прошлого года были наработаны, то мы предоставили эти наработки Мининформу. Правда, с конечным вариантом проекта документа я не знакомился. Нам обещали, что этот законопроект будет в публичном доступе на сайте МИП для обсуждения.

 

- Как известно, канал УТР должен стать основой реформированного иновещания. Расскажите, что сегодня представляет собой УТР. Во-первых, сколько в штате людей? Сколько из них журналистов? Владеют ли они иностранными языками?

- На сегодняшний день государственное телевидение УТР - бюджетное ведомство. Когда был принят первый закон об общественном вещании, нас включили в состав тех ТРК, на базе которых должны были создать общественное, во втором законе - исключили.

 

На сегодня в штатном расписании компании - 300 человек, но работающих - порядка 220-240 человек. Остальные или в долгосрочных отпусках по уходу за детьми, или вакансии. В преддверии реформирования мы их пока не заполняем, потому что людей негде посадить и не хватает техники. Просто набирать людей, которые будут стоять в очереди к компьютеру, мы не хотим.

 

Журналистов - половина, порядка 120-140 человек. С изменениями в пенсионное законодательство с УТР ушло большинство пенсионеров.

 

Иностранными языками владеют только те, кто работает в английской редакции новостей (вещание на английском у нас с повторами в сутки порядка 2-3 часов). Еще 5-6 часов - русскоязычные программы. Таким образом, треть вещания у нас на английском и русском языках, остальное - на украинском.

 

УТР сегодня - это 24 часа вещания на Европу и Северную Америку.

 

 

- Где можно увидеть ваш канал?

- У нас сегодня две спутниковые лицензии: на спутник Galaxy 19 над Северной Америкой и Amos 3 над европейской частью. Мы по-прежнему продолжаем сотрудничество с AzerSpace. Собираемся еще лицензироваться, чтобы получить азиатский луч AzerSpace. Потому что когда мы были на нем над европейской частью, то было не совсем удобно, а вот азиатский луч очень интересен для покрытия Азии. И на этом этапе, наверное, хватит.

 

Нас можно увидеть во всех странах Северной Америки, практически во всей Европе, а за счет азиатского луча (мы пока там присутствуем в тестовом режиме) нас увидят в азиатских странах. Нас интересуют в устойчивом приеме Грузия, Израиль. Также нас видит центральная европейская часть Российской Федерации. То есть у нас достаточно серьезное покрытие на сегодняшний день.

 

Еще нас можно видеть в кабельных сетях в Украине. У нас нет внутренней лицензии на аналоговое или цифровое эфирное вещание, но у нас подписаны договора с очень многими кабельными операторами (более ста). Например, с «Волей». Внутренняя эфирная цифровая лицензия, очевидно, достанется нам от канала БТБ.

 

- Нуждается ли канал в обновлении оборудования?

- Техники у нас как не было, так и не прибавилось. Канал нуждается во всем. Например, парк камер у нас большой, но только четыре я бы забрал в обновленное иновещание.

 

Без оборудования БТБ мы вообще не сможем работать. Честно говоря, я вообще не знаю, сколько мы еще продержимся.

 

 

- Известно ли, где будете размещаться после реорганизации? Возможно, переедете в помещение БТБ?

- Сейчас мы в основном размещаемся на Мельникова, 42 - тут у нас новостная студия, администрация (на 20-м этаже), ньюзрум, авторские проекты. Еще есть студия на Крещатике, 26. А ПТС, эфирная аппаратная и студия новостей через дорогу в здании «Укркосмоса». Как видите, все очень разрознено.

 

Мы, правда, соединили все наши участки оптоволокном, что позволило актуализировать работу. Если раньше мы писали программу на Крещатике, потом там же ее домонтировали, потом на дисках везли на Мельникова, то теперь в этом нет необходимости. Если на Крещатике пишем программу, мы можем и в прямом эфире выйти, или после записи программы сразу перекинуть в эфир, благодаря тому, что мы технически соединились.

 

- На какую аудиторию вы работаете? Есть ли исследования, сколько у вас зрителей? В каких странах?

- У нас нет необходимости измеряться, потому что нет необходимости продавать рекламу. Поэтому мы не меряемся.

 

Касательно аудитории: мы поменяли тот акцент, который был у УТР. Мы присутствуем в нашей стране 12 лет, и очень грустно, когда заявляют, что в Украине нет иновещания и его нужно создавать. Канал просто нужно модернизировать, дать современную технику, возможно, наполнить другим смыслом. Пускай произойдет ребрендинг, я сам заинтересован в этом.

 

Честно говоря, все эти годы компания работала немного с другой миссией. Это был канал для зарубежных украинцев, диаспорян. В последние годы это несколько нивелировалось, канал переориентировался практически в последний год. Мое назначение пришлось на период бурных событий, которые происходили в Украине, канал сегодня, сохраняя нашу украинскую аудиторию за границей, старается рассказать о том, что происходит в Украине. Раньше большую часть контента составляли программы, которые мы получали по обмену из ОГТРК. На сегодня мы отдаем предпочтение программам собственного производства, которое наращиваем.

 

Мы поменяли свою программную концепцию в лицензии и отдаем предпочтение информационным программам. Новости у нас выходят каждый час, для оперативности мы их сделали в режиме «Евроньюза» - без ведущего. С ведущими - только праймовые. Мы вещаем на украинском, русском и английском. Вечерние новостные 20-минутные блоки идут отдельно, опять же, на русском, английском и украинском.

 

Изучая опыт иновещания и общаясь с партнерами, мы знаем, что длинные развернутые новости интересны для внутреннего рынка и зрителя. Для иностранцев не нужны длинные программы, им нужна короткая информация. Более того, каналы иновещания в других странах не являются каналами первой или второй кнопки. Естественно, предпочтение отдается внутренним каналам. Потому что и немцы, и англичане, и французы в первую очередь интересуются событиями своей страны, и только потом уже чем-то другим. Нам пришлось на ходу перестраивать свою концепцию подачи информации. Потому мы и пришли к коротким новостям (до 5 минут) о том, что у нас происходит. Мы их даем на трех языках, и такими короткими выбросами мы пытаемся поймать аудиторию за границей.

 

 

На кого мы рассчитываем? На всех! И на диаспорян, и на зарубежного зрителя. Я скажу, что очень спорно, что мы в 24 часа вложили три языка вещания. Сделать единый стройный контент для целевой аудитории в таком многоязычии невозможно. Но если бы у нас была техническая возможность, то правильно было бы делать моноязычные каналы. Тогда бы мы могли очень четко работать на конкретную аудиторию. Ведь контент для диаспорян - один, для европейцев - другой, для россиян - третий. Мы не можем все это смешать и сделать целостный канал сразу для всех.

 

Если это наш идеологический инструмент, а таковым и должен быть канал иновещания, то он как раз и рассчитан на информацию. И если с Россией мы не ведем информационною войну, а хотим им дать объективную информацию о том, что происходит (с элементами развенчания тех мифов, фейков, которые льются в наш адрес), то для диаспорян немного смещаются акценты, им надо дать чуть другую информацию. Для европейцев вообще третий контент - это наши евроинтеграционные устремления, наши реформы и т. д. На английском языке нам не нужно бороться с российскими мифами, нужно давать информацию о том, что мы в своей стране делаем, идя к ним в сообщество. Поэтому смешать это все в один контент и сделать его универсальным - это значит не сделать ничего. Но пока в рамках УТР мы работаем в такой концепции. Мы ее адаптировали, пытаемся в рамках 24 часов сделать акценты.

 

Что касается статистики, то вообще спутниковым компаниям очень трудно посчитать зрителей. Они могут сложить население стран, в которых вещают, и заявить, что у них 500 млн зрителей. Это неправда. Если мы представлены в Северной Америке и Европе, то это же не значит, что все население этих стран нас смотрит. Поэтому я очень скептически отношусь, когда слышу вот такие цифры. Потенциально нас могут смотреть в этих странах.

 

Во-вторых, наличие канала в кабеле тоже не значит, что тебя смотрят. У меня в кабеле 185 каналов. Я в силу своего рода деятельности смотрю около двадцати. А среднестатистический украинец - около десяти.

 

Вопрос аудитории актуален для многих иновещателей. Например, наши партнеры Deutsche Welle для отчета в Федеральном правительстве применяют статистику сайта. Для нас это тоже наиболее достоверная информация. У нас 5-6 тысяч оригинальных адресов в неделю.

 

Мы сайт делаем своими силами, поэтому процесс идет медленно. Рекламы на нем нет. Относительно читателей, то на первом месте у нас Украина, на втором раньше была Германия, сейчас Россия. Благодаря этой статистике мы корректируем свой сайт. Сначала мы делали его как телевизионный, потом начали расширять инфу: например, авторские колонки на разных языках. Мы хотим сделать четвертую страницу на крымскотатарском языке, пятую на немецком, шестую на португальском. Планов у нас громадье. Для этого нам в штате нужны журналисты, владеющие всеми этими языками.

 

Но мы не можем предложить людям за 1,5-2 тыс. грн заниматься такой работой. Кроме того, мне некуда их посадить, и с техникой проблемы.

 

- То есть, у вас нет рекламы ни на канале, ни на сайте?

- У нас нет рекламы.

 

- Расскажите о программном наполнение канала. Сколько у вас информационного вещания?

- На сегодня в сутки информационно-аналитических и публицистических программ - 10 часов 30 минут (из них собственного производства - 9 часов); по два часа собственного производства культурных программ, научно-образовательных и музыкальных.

 

Повторюсь, что информационное вещание на трех языках: русском, английском и украинском. С 11.00 до 22.00 каждый час выходит информационный блок 15 минут: «Новости», «Без комментариев», «К слову», на 30-й минуте - повтор дайджеста (5 минут). Вечером расширенные итоговые получасовые новости. С ведущими у нас всего четыре выпуска: на русском языке - в 15.00 и 19.00 (итоговый), на украинском языке - в 21.00, на английском - в 22.00. Еще у нас есть аналитические блоки: русский на два часа, английский на час.

 

Диалоговые программы. Еженедельная «Политическая линия фронта», которую мы будем увеличивать в объеме вещания до 2-3 часов. Вообще мы хотим ее сделать ежедневной. Ее замечательный ведущий - Денис Яцишин. Программа «Актуально» у нас выходит на трех языках. Причем это не перевод программы, а именно на трех языках с тремя разными ведущими. Есть еще программа «Прайм тайм». Культурологические программы делает наша прекрасная журналистка Людмила Томашпольская. Также мы производим свои документальные, а не студийные, фильмы, которые направлены на борьбу с мифами. Есть сложности с получением документальных архивных материалов, не хватает для этого техники. Наш первый проект, который мы сделали, - фильм «Казнить нельзя помиловать».

 

У нас есть прекрасные ведущие. Например, Юлия Нечипоренко, Юлия Татарченко, которая ведет новости на английском языке. Нас постепенно начинают узнавать, приглашать.

 

Ведущая Юлия Татарченко

 

 

Ведущая Анна Чайка

 

 

Ведущая Ксения Бугай

 

- Поднимался ли вопрос о запуске программ на крымскотатарском языке?

- Я в курсе об этой инициативе министра (Юрия Стеця. - ТК). Думаю, что это будет реализовано в реформированном иновещании. Пока мы себе этого позволить не можем. Честно говоря, мы бы хотели все это реализовать через наш сайт: сделать крымскотатарскую страницу. Касательно новостей на крымскотатарском могу сказать лишь одно, что мы обязательно начнем сотрудничество с ATR. Будет ли у нас производство собственных программ - я не готов пока сказать. Для этого нужны люди. Мы хотим устойчивого сотрудничества, чтобы это не были разовые пиар-проекты.

 

- Как вы представлены в социальных сетях? Есть ли трансляция в YouTube?

- Мы есть в Facebook, Twitter, на YouTube нас нет. Есть трансляция на нашем сайте, который мы недавно обновили. Он на трех языках, причем каждая языковая страница сайта - это не просто перевод, это именно адаптированная страница. Украинская - имеет свои акценты, английская и российская - свои.

 

 

 


 

Мы запустили с 1 декабря на сайте отдельную станицу - «Украина дипломатическая», на которой аккумулируется все, что касается внешнеполитической и внешнеэкономической деятельности Украины. Мы хотим, чтобы эта страница была практически полезна: с адресами посольств, миссий и т. д. Посещаемость сайта растет.

 

- Ретранслирует ли УТР чьи-то программы? Может быть закупает?

- Мы ничего не покупаем, у нас нет денег, которые давно для этого не выделяются. Сохранился небольшой объем обменных программ с ОГТРК. Но если раньше мы хватали все, лишь бы заполнить эфир, то сейчас мы берем лучшее из лучшего, самые интересные проекты, и можем себе позволить один повтор. Наши партнеры нас учили, что повторов на иновещании должно быть ровно столько, чтобы зритель это запомнил. Иногда интересные проекты мы можем повторить два-три раза. Это все наши программы. И несколько проектов берем у Deutsche Welle и «Радио Свобода» - «Крым. Реалии», «Донбасс. Реалии». Мы еще не все сделали, что хотели, но мы видим путь, и знаем, к чему мы должны прийти.

 

Но у нас уже нет музыки «а-ля Поплавский». В нашем эфире много отечественных современных исполнителей и групп, таких как ВВ, «Океан Эльзы», «Бумбокс», известные за границей. У нас теперь очень красивые клипы, которые популяризуют Украину. Музыкальное наполнение мы сократили: раньше по лицензии было около 4 часов, но в основном низкопробные концерты.

 

- Налажено ли у вас сотрудничество с МИД и посольствами Украины за рубежом?

- Постепенно налаживаем.

 

- С иностранными иновещателями?

- Этот процесс идет достаточно проблематично. У нас есть очень хороший партнер, с которым у нас в прошлом году завязались очень тесные отношения. Это немецкая компания Deutsche Welle. Я очень благодарен им за тот вклад, который они вносят для нашей поддержки, он неоценим. Мы подписали меморандум о сотрудничестве, в рамках которого они взяли шефство над разработкой нашего сайта. Они не диктуют, что делать, а советуют. Например, советуют, как называть воюющих на Донбассе, как это воспринимает запад, каким лучше сделать хронометраж новостей.

 

С Академией Deutsche Welle мы начали обучение наших людей. Первый тренинг по подготовке создания новостей состоялся в конце апреля, следующий будет в начале июня. Они будут выезжать с нашими людьми на съемки, а вечером будем все обсуждать.

 

Партнеры сказали, что уровень профессионализма у нас очень высокий. Проблема в технике и коммуникации. В этом году будет четыре тренинга, два будет посвящено новостям, еще один - авторским проектам, четвертый - технический (монтаж программ и др.). В июне двое наших сотрудников поедут в Германию на двухнедельную стажировку в русской редакции европейских программ. Все это за счет Германии. Потом компания Deutsche Welle будет проводить Glabal Media Forum, и нас пригласили как партнеров.

 

А вообще, каким образом можно строить какие-нибудь контакты и развивать иновещание, если у меня нет командировочного фонда и все строится по принципу «кого поймал в Украине»? Например, познакомились с балтийцами, говорим, что мы хотим с ними дружить. Они нам: приезжайте, а мы им: лучше вы к нам. Переписка, конечно, дает какие-то результаты, но не те, которые бы мы хотели. Тот же дистрибьюторский отдел Deutsche Welle каждый день - в разных странах мира, и мы понимаем, что за счет такой рутинной ежедневной работы они представлены во всем мире. А мы только пытаемся пробиться. Через знакомых, через друзей. Об этом мы и говорили с МИДом, они готовы помогать.

 

- А Мининформполитики не планирует привлечь для этой работы какие-то гранты?

- Может быть, мы рассчитываем на это. Чтобы нам получить грантовую поддержку, мы должны иметь совсем другое качество контента. Чтобы сегодня достойно представлять Украину за границей, нужно говорить об HD, а не том, что у нас. Мы будем выживать, но без дополнительного финансового ресурса развиваться не сможем.

 

- Как вы считаете, должно ли иновещание заниматься пропагандой?

- Смотря какое значение мы вкладываем в слово «пропаганда». Раньше все спорили, что же такое цензура. Сейчас приблизительно такое же модное в медиа слово «пропаганда». Так, как я это понимаю, мы и должны быть каналом пропаганды. Мы должны распространять, пропагандировать информацию об Украине. Другое дело, должна ли это быть лживая пропаганда.

 

 

- Уточню вопрос. Будете ли вы распространять информацию об Украине, которую политики считают негативной? Например, Украина не проводит реформы, как заявляла.

- Знаете, есть канал честных новостей, есть канал добрых новостей. Мы канал тех новостей, которые подтверждены на официальном уровне. Ясно, что гнаться за какими-то жареными фактами для повышения рейтингов канала мы не будем.

 

Я бы заменил слово «негативных» на «объективных». То, что не идут реформы теми темпами, которые заявлялись, это же объективная информация? Мы ее передадим. Если мы не скажем об этом, так что, весь мир об этом не узнает? Или мы скажем, что у нас идут реформы, и весь мир сразу поверит? Сейчас глобализация и взаимопроникновение всех информационных потоков достигли такого уровня, что скажем мы об этом или нет - все равно мониторинговые группы, комиссии, весь мир прекрасно понимают, что происходит.

 

Здесь вопрос в другом. Если мы об этом не скажем, то, соответственно, мы соврем, и доверия к такому каналу просто уменьшится. Другое дело, что мы не будем этим упиваться: а знаете, у нас не только реформы не идут, у нас еще и то плохо, и другое, и нагнетаем обстановку. Да нет, ребята, есть срез официальной информации: тарифы подорожали - это факт, и мы об этом скажем.

 

Или, допустим, ситуация с АТО. Есть каналы, которые дают информацию: «Как заявило Минобороны, в Иловайском котле погибли 100 человек, а вот мы нарыли, что 1500». При этом ни одного подтвержденного факта. Статистика Минобороны своеобразная: есть тела погибших - сообщили. Мы понимаем, что погибло больше, что многие в плену. Когда были найдены останки еще 50 бойцов, эта статистика изменилась, и мы об этом тоже сказали.

 

Так вот, мы будем говорить о тех событиях, которые происходят в Украине, и о ходе реформ, и про коррупционные скандалы. Мы должны занять ту нишу, по которой, условно говоря, сверяются. Знаете, как мы используем в работе ссылку «Как Deutsche Welle заявило», мы тоже так хотим - «Как заявил канал УТР».

 

Хорошо, что хватило мудрости нашим руководителям канал иновещания на этом этапе оставить государственным. Но государственный - это не значит умалчивать факты или ложиться под власть. Другие времена. И журналисты другие. Многие журналисты УТР тоже были на Майдане. Это их сегодняшняя жизнь и право на профессию. И сегодня никто не может сказать журналисту: «Закрой рот» либо «Напиши другую сводку». Я за год работы со своим коллективом ни разу не вмешивался в этот творческий процесс. По одной простой причине: не потому что я играю в демократию. Люди сегодня имеют очень высокую планку самооценки, самоцензуры.

 

На канале УТР нет цензуры. Я клянусь, что за весь этот период никто от АП, КМУ, Гостелерадио не звонил с указаниями, не ругался. Забудьте эту тему, ее нет. И на моем уровне ее нет. Люди сами чувствуют свою ответственность. Они не хотят быть тунеядцами, а хотят, чтобы их работа была видна. Хотят не стыдиться своей компании. И сегодня они не стыдятся своей компании. Они стыдятся уровня заработных плат.

 

- Каков размер государственного финансирования на 2015 год? Достаточно ли этих средств? Нужны ли изменения в закон о госбюджете для финансирования Ukraine Tomorrow?

- В прошлом году было 24 млн грн, в этом - 26 млн. Надо ли больше? Конечно, надо, в десятки раз. Но нужно не только увеличить финансирование, а и думать что-то по поводу постановления Кабмина № 65, согласно которому нам нельзя покупать технику, запрещены заграничные командировки за бюджетный счет, а без этого мы захлебываемся. Мы госучреждение, поэтому нужно вносить какие-то изменения, для этого нашим чиновникам еще нужно осознать специфику работы иновещателя.

 

 

- Как известно, иновещание во многих европейских странах входит в состав общественного вещания. В частности, в Германии, Великобритании, Франции, Польше, Литве, Венгрии, Болгарии, Италии, Турции, Португалии, Испании. Это или ретрансляция программ главного канала общественного вещания, или создание собственного контента. Целесообразно ли было, по вашему мнению, выводить УТР из состава создаваемой Национальной общественной телерадиокомпании Украины?

- Мы были готовы к любому развитию ситуации, изучив опыт Deutsche Welle, который тоже входит в состав общественного вещания Германии. Но есть один нюанс: там нет вообще государственных компаний, все компании или общественные, или частные. Почти все иновещатели, в независимости от статуса, даже входя в состав общественного, свой бюджет получают напрямую из государственного бюджета своей страны. Deutsche Welle имеет свой собственный закон о Deutsche Welle, на основании которого, входя в состав общественного, финансируется и защищает свой бюджет перед федеральным правительством Германии. Абсолютно самостоятельная компания в плане редакционной политики и стратегии развития.

 

Почти во всех этих странах иновещатели не имеют рекламных поступлений и не вещают внутри своей страны, чтобы не ломать рекламные рынки и т. д. Поэтому и финансируются государством. И они выполняют определенную миссию. Это не их бизнес, это бизнес страны, поэтому страна за это удовольствие платит.

 

Каким будет иновещание нашей страны в перспективе? Наверное, рано или поздно мы тоже придем к той формуле, что не будет государственных предприятий. Но для этого нужно будет вносить изменения во многие законодательные акты. И через несколько лет (это не будет быстро) мы тоже откажемся от государственной модели. Государственная - это архаизм, от этого нужно избавляться. Но на сегодня, когда еще не построено общественное, вхождение УТР на стартовом этапе может создать определенные неудобства для страны в формировании иновещательного блока. Потому что сегодня перед страной стоит очень важная задача: давать объективную информацию за границу.

 

Войны рано или поздно заканчиваются, и страна войдет в нормальный ритм, и мы когда-нибудь войдем в состав общественного. Это не значит, что мы ляжем на плечи наших налогоплательщиков. Иновещание - это визитная карточка и информационное оружие государства, поэтому оно и должно за это платить.

 

- Ваши прогнозы, когда реально заработает Ukraine Tomorrow? Есть ли у вас видение, каким должен быть этот канал?

- Я крымчанин и живу с определенной болью, причем эта боль ежедневная и ежесекундная. И я знаю, когда она пройдет. Не тогда, когда у нас в стране реализуются реформы и поднимется уровень жизни, а когда Крым снова станет Украиной. Пока он находится под оккупацией, у меня будет эта боль. Поэтому мне хочется, чтобы все, что может ускорить процесс возвращения Крыма, происходило моментально.

 

Иновещание - это один из инструментов, которые приближают это событие. Поэтому, готов ли я ждать? Не готов, я хочу, чтобы это было вчера-позавчера, не tomorrow. Но мы реалисты, и знаем, что наш государственный механизм очень медленный, не дает надежды, что изменения произойдут прямо завтра, есть объективные согласования всех министерств и т. д. Процессы идут, и, конечно же, хотелось бы, чтобы они шли быстрее. Война никак не может нас научить, что некоторые вещи надо делать очень быстро, потому что завтра это будет уже не надо. Или некому.

 

Думаю, что в этом году мы увидим этот канал. А увеличение финансирования, возможно, будет только со следующего года. В этом году мы определимся с концепцией: сколько нужно каналов, на скольких языках, какая нужна техника, помещения, студии, персонал, зарплата.

 

 

- Обсуждался ли вопрос необходимости конкурсного отбора сотрудников для Ukraine Tomorrow?

- Конечно же, этот момент проговаривался. Когда будет набор персонала, тогда и проведем конкурс. Чтобы работать на иновещании, нужно не только желание, но и профессионализм. Даже за те деньги, которые сегодня платим, мы тоже всех подряд не берем. Сейчас принимается с благодарностью волонтерская помощь, но это не всегда тот уровень качества, который нужен для вещания за границу. Мы не аматоры, нам нужны носители языка. В идеале - если английские программы иновещателя будут делать английские журналисты, а не наши, выучившие язык. Точно так же вещание на Германию должны делать немцы. Это к вопросу, какой мы видим модель иновещания.

 

Ukraine Tomorrow - это пока рабочее название проекта, для того, чтобы его отмежевать от пока что существующего названия УТР, это эфирный позывной. Я тоже заинтересован в ребрендинге, потому что с названием УТР связаны как позитивные, так негативные моменты.

 

Сегодня мы должны говорить о создании не только телевидения, а информационного холдинга: радио, сайта, интернет-ТВ, информационного агентства, периодики, продакшна, а также об участии в зарубежных выставках, мероприятиях и т. д. Потому что не везде сегодня можно зайти на чужую территорию целым каналом (это и лицензирование, и законодательство, и масса других проблем). А наша задача - отдать информацию из своей страны всему миру, чтобы она была скушана. Один из путей - создание мощнейшего продакшна, который будет делать еженедельную программу на разных языках. И мы должны размещать ее на зарубежных центральных каналах по обменным договорам: мы размещаем программу у них, а они у нас. Но зато иностранец не будет ее искать на нашем канале иновещания, а увидит ее на своем центральном канале.

 

- Есть ли у вас собственные корреспонденты в регионах и за рубежом?

- За рубежом у нас нет корреспондентов. Если мы говорим о том, что иновещание должно иметь хороший информационный охват по Украине, то нужно думать об открытии корпунктов и в Украине, и за рубежом. Вот это уже может быть реализовано через волонтеров, МИД и патриотически настроенных диаспорян, владеющих языком той страны, в которой живут. Есть люди, которые желают бескорыстно работать, но не готовы взять на себя расходы, которые будут сопровождать эту деятельность. Думаю, что об этом нужно подумать, когда будет идти этап реструктуризации.

 

- Как вы относитесь к общественным инициативам - «Громадське ТБ», «Громадське радио», и частным - Ukraine Today, которые тоже стараются доносить информацию об Украине зарубежным зрителям и слушателям?

- Ступенчато. Находясь сегодня на ступени войны с Россией и оккупации Крыма, я считаю: чем больше таких инициатив и больше информации выйдет за пределы Украины, тем лучше. Очень мало объективной информации об Украине на фоне огромного засора со стороны российской пропаганды. Мы, по сравнению с этим, тоненькие ручейки, которые пытаются куда-то пробиться. Но государство должно построить свой канал. Будет у нас сто таких каналов - хорошо. Когда война закончится, кое-что отпадет само по себе. Я только переживаю, чтобы не было разборок во внешнем сегменте, которые мы наблюдаем во внутреннем. Наши каналы принадлежат олигархам. И как только они поругаются, мы сразу видим в медийном пространстве, как уважаемые каналы начинают драться между собой.

 

 

- Напоследок расскажите, когда и почему вы уехали из Крыма?

- Переехал три года назад. Когда в Крым пришел премьером Анатолий Могилев и полуостров стал формироваться по прообразу 1937 года. Работать с Могилевым и его окружением я не смог, поэтому ушел по собственному желанию. В Киеве я был назначен первым заместителем гендиректора канала «Культура». Честно скажу, все это время ждал, что вернусь в Крым, когда Янукович будет переизбран. Поэтому я не планировал строить будущее здесь, я знал, что у меня есть Крым и я туда вернусь. Но произошел Майдан.

 

Мне звонили и приглашали на работу в Крым, я отказался. Потому что это уже не потеря работы, а немного большего. Я не принял аннексию Крыма. И понял, что нужно тут оставаться. Но я не теряю надежды.

 

Мы с семьей (женой и 20-летним сыном) снимаем жилье в пригороде Киева. В Крыму остались мама и сестра, дом. Маме в этом году 75 лет... Не видеться с родными годами - это горько. Но я боюсь им навредить. Я хочу поехать на могилу своего отца, но не могу себе это позволить.

 

Я не хочу ехать в Крым, потому что не хочу разделить судьбу Олега Сенцова. От них можно ожидать чего угодно. Тем более: кто на момент аннексии Крыма был прописан там, автоматически стал гражданином РФ, если не было заявления об отказе. Я не считал нужным ехать в Крым для того, чтобы стоять в очередях и писать отказ от того, чего я не просил, что мне навязали. Это же бред сумасшедшего. А с другой стороны, по их законам получается, что я гражданин Российской Федерации? Если я заеду на территорию Крыма, они меня могут арестовать и судить по российским законам за терроризм и экстремизм.

 

Я долго ждал, но чем дальше, тем больше Крым погружается в 1937 год. Я никогда не думал, что это может повториться. Только с той разницей, что раньше это было помимо воли людей, а теперь - к их огромной радости на фоне трагедии крымских татар. Мне очень больно.

 

 

Биографическая справка:

 

Июнь 2014 - по настоящее время - генеральный директор ГТРК «Всемирная служба «Украинское телевидение и радиовещания (УТР)» (г. Киев).

 

2012 - июнь 2014 г. - первый заместитель генерального директора ГТРК «Культура» (г. Киев).

 

2005-2012 гг. - генеральный директор ГТРК «Крым» (г. Симферополь).

 

2002-2005 гг. - генеральный директор ДП ТРК «Центр» (г. Симферополь), ДП ТРК «Неаполь» (г. Симферополь).

 

1999-2002 гг. - заместитель генерального директора, финансовый, директор, генеральный директор ЧП «Азбука» (г. Симферополь).

 

1998-1999 гг. - генеральный директор ГП «Крымское информационное агентство».

 

Образование: 1986-1993 гг. - Ленинградский институт водного транспорта, квалификация: инженер-экономист. 2009-2011 гг. - Крымский юридический институт Одесского государственного университета внутренних дел. Квалификация: специалист государственной службы.

 

Заслуженный журналист Украины (2007 г.); Заслуженный журналист АР Крым (2006 г.).

 

Фото Максима Лисового

* Знайшовши помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.
Коментарі наших відвідувачів:

    +Додати
    * тільки для зареєстрованих користувачів
     введіть код:


    Читайте також:
    НОВЕ НА «ТЕЛЕКРИТИЦІ»
    18:00 27.05.2016
    Ирина Навольнева для «Телекритики»
    15:00 27.05.2016
    для «Телекритики»