«Манипуляция информацией в состоянии войны преступна»
«Телекритика»
04.04.2014 11:25
О чём должны заботиться журналисты и собственники СМИ в ситуации войны, можно и нужно ли критиковать власть, уместны ли эмоции в новостях? Телевизионщики Алексей Лихман, Лариса Горская и Егор Чечеринда – о трансформации медиапространства во время войны. Продолжение следует...

Революция чести, а потом - аннексия Россией Крыма изменила не только нашу жизнь, а и наши медиа, информационное пространство. В этих изменениях есть позитивные и негативные моменты, а также абсолютно новые вызовы. И первый из них - необходимость учиться работать в условиях войны и оккупации части родной земли, которые сопровождаются мощной информационной атакой России против Украины. Украинские журналисты не имели такого опыта - посему даже вопрос «как называть тех, кто оккупировал Крым?» является дискуссионным. «Оккупанты», «агрессоры» - это оценочные суждения, эпитеты или же обозначение реального статуса «зеленых человечков»? А что уже говорить о более сложных вопросах, с которыми мы решили обратиться к экспертам:

 

На ваш взгляд, каким образом меняет - или должна менять - ситуация войны, в том числе информационной, роль журналистов и СМИ?

Должна ли, может ли в это время дозироваться критика власти? Как это может выглядеть на практике?

Могут ли и должны ли оставаться для нас незыблемыми стандарты профессии? Или же они отходят на второй план, уступая пропаганде - и если да, то в какой мере?

Ваше отношение к эмоциональности, тону многих журналистских и экспертных оценок сейчас в наших СМИ?

 

Вслед за медиаэкспертами Игорем Кулясом и Отаром Довженко на эти вопросы отвечают телевизионщики Алексей Лихман, Лариса Горская и Егор Чечеринда. Господин Лихман убежден, что от журналистов требуется выполнение новых задач, в частности - снятие градуса напряжения. Госпожа Горская предостерегает от манипуляции информацией, которую в ситуации войны считает преступлением. А господин Чечеринда ратует за дозирование критики власти.

 

 

 

Алексей Лихман, ведущий «Подробностей» телеканала «Интер»:

«На повестке дня возникают новые задачи: освещая новости, не усиливать панику»

 

- На ваш взгляд, каким образом меняет - или должна менять - ситуация войны, в том числе информационной, роль журналистов и СМИ?

- Я бы сказал так: Украина уже много лет живет в условиях информационной войны. И мы здесь никогда не использовали симметричные методы в ответ на антиукраинскую пропаганду. Отечественная журналистика проходила определенные этапы роста, болела свойственными ей болезнями, и война против российской власти, российских СМИ никогда не входила в число ее приоритетов. Хорошо это или плохо - вопрос философский. Тем не менее, думаю, что к этой войне, пройдя Януковича и пережив майдан, наша журналистика, как минимум, определенный ее сектор, подошла зрелой, в общем-то, сформированной и ответственной. Я не думаю, что для профессионального журналиста что-то изменилось. Возможно, стоит ожидать большей мобилизованности, внутренней организованности. В любых условиях - будь то война или мир - хороший журналист просто честно делает свою работу. Хотя для общества, которое пребывает в большой тревоге, в условиях войны, - профессия журналиста предполагает особую ответственность. И на повестке дня возникают новые задачи: освещая новости, не усиливать панику, не сеять тревожность, о возможных подготовительных мерах говорить честно, при этом максимально снимая градус общественного напряжения. Я могу, конечно, написать, что сейчас есть уникальный шанс для создания нации и формирования ее идентичности, но я считаю, что это не является задачей журналиста, это - эффект от его честной и продуктивной работы.

 

- Должна ли, может ли в это время дозироваться критика власти? Как это может выглядеть на практике?

- Давайте определимся с терминами. Государство и власть, очевидно, не одно и то же. Государство в период стабильности и кризиса одинаково самоценно. И для меня это свято. Но если говорить о власти... Что кардинально меняют, к примеру, условия войны, чтобы мы перестали власть критиковать или пристально следить за ее работой? Базовые требования журналиста к властным структурам - некоррупционность, прозрачность, публичность. Следующая этим принципам - а в условиях войны это ее прямая обязанность - власть сама будет давать меньше поводов для негативных оценок.

 

Я пытаюсь представить, что мы на полгода устанавливаем мораторий на критику правительства или других госорганов. Власть предержащие начинают воспринимать этот мораторий как нечто само собой разумеющееся, привыкают к отсутствию критики. Имеем ли мы право на подобные действия? Лично я в этом не уверен. Не стоит забывать: «кому война - кому мать родна».

 

- Могут ли и должны ли оставаться для нас незыблемыми стандарты профессии? Или же они отходят на второй план, уступая пропаганде - и если да, то в какой мере?

- Непростой вопрос. Для каждого журналиста в условиях кризиса предполагаемые стандартами профессии требования правдивости, объективности и проверки фактов должны множиться на десять. Насколько же серьезной должна быть забота о репутационном ущербе противника в условиях войны? Однозначного ответа на этот вопрос я найти не могу. При этом понимаю и чувствую, насколько бывает сложно удержаться в рамках профессии в ситуациях, подобных нынешней.

 

- Ваше отношение к эмоциональности, тону многих журналистских и экспертных оценок сейчас в наших СМИ?

- Эмоциональность или безэмоциональность подачи информации - не такой однозначный вопрос, как может показаться. Мы часто вспоминаем о западных стандартах журналистики, и они мне близки. Тем не менее, европейская школа, учитывая многонациональный ее характер, не имеет единой средней эмоциональной тональности. Украинское общество испытало и колоссальный эмоциональный стресс, и колоссальный эмоциональный подъем. И сейчас оно живет в ожидании войны. Эксперты, политики, журналисты - часть общества, все мы - живые люди. И если кто-то из нас позволяет себе эмоциональность, мне это понятно.

 

 

 

Лариса Горская, экс-руководитель проектов

департамента информационного вещания телеканала «Украина»:

«Большая ответственность ложится на собственников и топ-менеджмент медиа»

 

- На ваш взгляд, каким образом меняет - или должна менять - ситуация войны, в том числе информационной, роль журналистов и СМИ?

- На мой взгляд, в такой ситуации особенно остро встают такие критерии работы журналистов, как:

  • максимальная точность информации, которую озвучивают журналисты. Непроверенные, ошибочные данные в состоянии войны могут привести ккатастрофическим последствиям. Каждый журналист должен очень остро чувствовать всю степень своей ответственности за каждое выданное в информпространство слово;
  • ни о каких манипуляциях с информацией не может быть и речи. Объективность и еще раз объективность. Надо всегда помнить, что очень многие люди до сих пор еще верят новостям и принимают решения о том, как им действовать, на основании того, что слышат и видят в СМИ. Манипуляция информацией для преследования своих целей владельцами СМИ, другими людьми, способными влиять на редакционную политику, в состоянии войны преступна. Так как всостоянии любых кризисов, а тем более войны, внимание к новостям возрастет многократно, общество нуждается в постоянном информировании.

 

- Должна ли, может ли в это время дозироваться критика власти? Как это может выглядеть на практике?

- Мое мнение, что критика власти должна быть очень конструктивной и взвешенной. Здесь большая ответственность ложится на собственников и топ-менеджмент медиа. Они должны очень четко определять политику редакций в отношении критики власти. Понятно, что власть не идеальна, но важно понимать приоритеты и уметь пожертвовать рейтингами от острых критических материалов в пользу спокойствия общества и возможности власти с наименьшими потерями выполнить поставленные задачи.

 

Для этого они должны быть в тесном контакте с представителями властей, регулярно проводить с ними встречи для очень четкого понимания стратегии действия власти в ситуации жесткого кризиса. На этих встречах проговариваются основные задачи на ближайшее время и на перспективу. Определяются основные акценты и посылы, которые надо доносить населению. Это не имеет никакого отношения к темникам. На этих же встречах необходимо задавать вопросы представителю власти в случае расхождения между задекларированными и реальными действиями и определяться с критикой. Т. е. всё должно быть под лозунгом «не навреди».

 

- Могут ли и должны ли оставаться для нас незыблемыми стандарты профессии? Или же они отходят на второй план, уступая пропаганде - и если да, то в какой мере?

- Стандарты профессии должны соблюдаться всегда. А тем более в условиях войны. Пропаганда же пропаганде рознь. Ничего не случится плохого, если СМИ будет пропагандировать героизм, самоотверженность, преданность людей, которые отстаивают независимость нашей страны, ее целостность и незыблемость границ.

 

- Ваше отношение к эмоциональности, тону многих журналистских и экспертных оценок сейчас в наших СМИ?

- Очень сложно сейчас удержаться от эмоций. Но всегда считала и буду считать, что эмоции ведущего и журналистов должны быть сведены к минимуму. Любая эмоция обнажает отношение говорящего к происходящему, его оценку. Достаточно эмоций, которые захлестывают героев репортажей. Мне кажется, что недостатка в эмоциональных высказываниях и комментариях героев сейчас нет. А талантливый журналист сейчас имеет безграничный неоценимый материал для передачи любых эмоций через людей и порой даже без слов. Как пример - репортаж Тони Маровди на телеканале «Украина», посвященный погибшим на майдане.

 

 

 

Єгор Чечеринда, керівник служби новин телеканалу ТВі,

ведучий програми «Сьогодні про головне»:

«Журналістська критика в ситуації війни є значно менш гострою, ніж у мирний час»

 

- На вашу думку, яким чином змінює - чи повинна змінювати - ситуація війни, у тому числі інформаційної, роль журналістів і ЗМІ?

- Ясна річ, що в період війни роль журналіста й журналістики змінюється. Ми зобов'язані гуртуватися навколо влади в країні й допомагати їй відбивати зовнішню агресію. Так було в усіх країнах під час будь-яких воєн.

 

- Чи повинна, чи може в цей час дозуватися критика влади? Як це може виглядати на практиці?

- Журналістська критика в ситуації війни є значно менш гострою, ніж у мирний час. Адже якщо влада в країні відбиватиметься не лише від зовнішньої агресії, а й від внутрішньої - навіть об'єктивної - критики, то ми разом із владою ризикуємо втратити нашу незалежність. В умовах війни завжди запроваджується військовий стан, за умовами якого влада в країні може контролювати всі ЗМІ, всі телевізійні канали, газети, радіостанції для того, аби гарантувати інформаційну й національну безпеку в країні.

 

- А в ситуації неоголошеної війни, у якій зараз перебуваємо ми, без військового стану - що мають змінити журналісти і ЗМІ у своїй роботі?

- У цій ситуації кожен ЗМІ, кожен журналіст вирішує для себе особисто, як діяти за таких обставин. Ми на каналі ТВі зробили вибір: ми зараз намагаємося максимально підтримувати нашу нову українську владу, оскільки і влада, і країна зараз дуже слабкі. Якщо ми зараз її не будемо підтримувати, ми можемо втратити незалежність.

 

Звісно, ми маємо критикувати нових міністрів, виконувача обов'язків президента, нових губернаторів, але робити це дозовано й конструктивно. Не критикувати задля самої критики, не критикувати на знищення влади. А критикувати для того, щоб допомогти в певних моментах роздивитися неправильні кроки й скоригувати подальші дії влади. Але критикувати дуже обережно, оскільки існує реальна небезпека повної втрати незалежності країни. І якщо ми незалежність втратимо «завдяки» нашій гострій критиці, певною мірою і на журналістах лежатиме відповідальність. Давайте дамо певний час новій владі, аби вона сформувалася й оформилася, певні кроки зробила, а потім, коли зникне загроза військового вторгнення, тоді будемо критикувати нашу українську владу.

 

- Чи можуть і чи повинні залишатися для нас непорушними стандарти професії? Чи все ж вони відходять на другий план, поступаючись місцем пропаганді, і якщо так, то якою мірою?

- За останніми опитуваннями в Росії, 72% росіян вважають, що в інтересах держави певний обсяг інформації може бути замовчано й не надано глядачеві та слухачеві. Це думка росіян, я її не підтримую. Журналістські стандарти - це насамперед висвітлення всіх точок зору на ту чи іншу проблему, те чи інше питання. Ми намагаємося й маємо дотримуватися журналістських стандартів. Повторюся, що критика має бути, але вона не має бути вбивчою, яка залишить і без влади, і без держави.

 

- Ваше ставлення до емоційності, до тону багатьох журналістських та експертних оцінок зараз у наших ЗМІ?

- У нас завжди все або дуже добре, або дуже погано. Хтось каже, що ми в чудовому стані й ніякої загрози війни немає, а якщо війна й буде, то ми здатні відбити все, що завгодно, і навіть напад інопланетян. А інші голоси кажуть, що в нас усе дуже погано і що російські танки приїдуть до Києва за дві години, якщо нападуть на Чернігів. Я думаю, що правда десь посередині, і треба мати аналітичний склад розуму, щоб цю середину для себе відшукати. Я проти занадто емоційної подачі інформаційних повідомлень і демонстрації подібних спікерів. Завжди треба бути поміркованим, особливо в цій ситуації. От поміркованість, мені здається, нашої журналістики - це зараз запорука могутності, єдності й сили нашої країни в майбутньому, і взагалі запорука виживання в цих складних економічних і політичних умовах.

 

Фото - из архива ТК, иллюстрация - ezotera.ariom.ru

* Знайшовши помилку, виділіть її та натисніть Ctrl+Enter.
Коментарі наших відвідувачів:

    +Додати
    * тільки для зареєстрованих користувачів
     введіть код:


    НОВЕ НА «ТЕЛЕКРИТИЦІ»
    12:59 26.05.2016
    Алексей Бондаренко для «Телекритики»
    09:54 26.05.2016
    Ирина Навольнева для «Телекритики»
    08:55 26.05.2016
    для «Телекритики»