О странной дикции и журналистской этике в эпоху финансового кризиса

Помните старый анекдот о советском обывателе, которому надоел неповторимый голос Леонида Ильича Брежнева? Он выключил радио и телевизор, думая, что сможет наконец отдохнуть. Но не тут-то было: он включил утюг и услышал оттуда знакомый шамкающий голос!

 

Точно так же боится в последнее время включать утюг моя лондонская знакомая Дебби, чтобы ненароком не услышать голос вездесущего бизнес-обозревателя Би-би-си Роберта Пестона. 48-летний Пестон – бывший газетный журналист – действует ей на нервы до такой степени, что она периодически шлет мне sms-ки с призывами подстеречь его где-нибудь за углом и временно вывести из строя.

 

Дебби неодинока в своем антипестонизме. Многие блогеры настроены еще более кровожадно; есть даже блог под леденящим душу названием robertpestonmustdie – «смертьробертупестону». Чем же он им так не угодил?

 

Во-первых, своей неповторимой дикцией и манерой речи. Я бы назвала ее пулеметно-джазовой – с рваными, синкопированными ритмами, ударениями на неожиданных словах, внезапными замедлениями и ускорениями и практически без пауз. Но что хорошо в джазе, не работает в финансовой журналистике, особенно когда объясняешь экономически неподкованной аудитории сложные вещи. Да еще и по радио.

 

С телевидением у Пестона дела не лучше: к эксцентричной манере речи добавляются жесты, существующие как бы отдельно от слов. И это при том, что Би-би-си потратила достаточно средств и времени, чтобы привить бывшему газетчику безукоризненные теле- и радиоманеры. Видно, все-таки не из каждого журналиста можно вылепить универсала-мультиплатформщика.

 

Тем не менее, с начала финансового кризиса Роберт Пестон мультиплатформит на Би-би-си вовсю, с раннего утра до позднего вечера, на радио, телевидении и в своем блоге в интернете. За последний год он стал одним из самых известных британских журналистов. К его прогнозам прислушиваются банкиры в Сити и рядовые вкладчики.

 

После окончания Оксфорда Пестон начал свою трудовую жизнь биржевым брокером в Сити, но через год понял, что, по его словам, работа бывает или денежной, или интересной, и ушел в финансовую журналистику. До прихода на Би-би-си в 2006 году Пестон проработал 23 года на ответственных постах в таких солидных газетах, как The Independent, The Daily Telegraph, Financial Times. Собственные деньги в акции компаний он не вкладывает – если бы я это сделал, говорит Пестон в одном интервью, я бы немедленно потерял право работать финансовым журналистом.

 

Би-би-си готова мириться с тем, что манера речи Пестона вызывает у многих зубную боль, – он отлично знает свой предмет, накопил за годы работы в прессе уникальные контакты в финансовом и политическом мире, а главное – умеет добывать scoops, сенсационные эксклюзивы. Но именно эти эксклюзивы и навлекли на голову Роберта Пестона куда более серьезные обвинения – в усугублении банковского кризиса!

 Пестон вознесся на вершину журналистского Олимпа год тому назад, когда в Америке только зарождался мировой финансовый кризис. Он добыл эксклюзив о том, что британский банк Northern Rock, раздававший, подобно американским банкам, ссуды высокого риска, обратился к Bank of England (британскому центробанку) с просьбой предоставить ему срочный кредит. Сообщение встревожило вкладчиков Northern Rock, но не более того.

 

На следующий день Пестон в своей нервной манере высказал предположение, что обещанного кредита может не хватить для покрытия долговых обязательств банка. После этого у отделений Northern Rock появились пока еще небольшие очереди желающих забрать вклады. На телеэкране эти очереди выглядели страшнее, чем на самом деле, да и Роберт Пестон в своем комментарии поддал жару. Этого было достаточно, чтобы вкладчики массово бросились забирать деньги из банка – впервые в Великобритании за последние 140 лет. Northern Rock обанкротился, и его пришлось полностью национализировать. А Пестон получил за эксклюзив премию Королевского телевизионного общества «Сенсация года».

 

На прошлой неделе, уже в разгар мирового финансового кризиса, Пестон сообщил, что по информации его источников три крупнейших британских банка – Тhe Royal Bank of Scotland, Barclays и Lloyds TSB, с которыми правительство вело переговоры об их частичной национализации, попросили его поторопиться с вливанием средств. Буквально через несколько минут после этого сообщения биржевые котировки акций всех трех банков резко упали.

 

И тут в прессе и блогосфере зазвучали голоса, требующие накинуть Пестону «платок на роток». По их мнению, журналист упивается собственным могуществом и ведет себя крайне безответственно и эгоистично. Банковская система держится на доверии клиентов, утверждают они, и любая информация, подрывающая это доверие, чревата катастрофическими последствиями не только для самих банков, но и для рядовых вкладчиков и для всей экономики в целом.

 

Все это ерунда и происки завистливых коллег и банкиров, утверждают поклонники Пестона (на сайте Facebook даже есть группа под названием «Пестона – в министры финансов!»). Не надо перекладывать с больной головы на здоровую. Настоящие виновники кризиса – «жирные коты», банкиры из Сити, которые рисковали деньгами вкладчиков и платили себе запредельные бонусы. Пусть теперь расплачиваются за свою некомпетентность и безответственное поведение. А Пестон как журналист обязан был обнародовать информацию о неплатежеспособности банков, потому что она представляет общественный интерес.

 

Не согласны! – возражают антипестонисты. От последствий эксклюзивов Пестона пострадали не столько «жирные коты», которые успели отложить немалые средства на черный день, сколько рядовые вкладчики и налогоплательщики. Ведь национализация пошатнувшихся банков проводится за наши налоги, и чем плачевнее положение банка в результате обнародованного эксклюзива, тем дороже нам всем обойдется их спасение. А дивидендов на эти вклады еще ждать и ждать.

 

Не менее серьезная дискуссия об этических аспектах пестонизма идет на редакционных совещаниях Би-би-си. Дилемма на первый взгляд безвыигрышная: не давать информацию – обвинят в самоцензуре, дать эксклюзив – могут обвинить в безответственности. Но корпорация, в конце концов, решила, что право аудитории на общественно значимую информацию важнее всех остальных соображений. Шеф отдела бизнеса и экономики Би-би-си Джереми Хиллман заявил во внутреннем журнале корпорации Ariel, что если у журналиста есть интересная информация, Би-би-си руководствуется «заданным по умолчанию» принципом ее обнародовать, если только нет чрезвычайно серьезной причины этого не делать. «Наша журналистика существует не в вакуумной среде, – пишет он. – И у нее всегда есть потенциал вызвать определенную реакцию рынка. Но мы не будем менять ее с оглядкой на то, как она отразится на котировке тех или иных акций».

 

Поэтому Пестон продолжает вещать о финансовом кризисе из всех электроприборов. И вопреки (а может и благодаря) раздражающей многих манере подачи материала, его личная журналистская котировка продолжает расти: кривая поисков слов Robert Peston в интернете впечатляет своей крутизной.

 

 

И очередная премия Пестону за финансовый эксклюзив, наверное, не за горами. Если только, как кто-то съехидничал недавно в газете, неуемного журналиста не похитит военизированное крыло Лондонской ассоциации инвест-банкиров.